Как спастись от ада и от споров

спорыТвоя жена постоянно придирается к тебе; твоя жена транжирит, выбрасывает на ветер все твое состояние твоя жена скупа и сокращает домашние расходы донельзя, или косо посматривает на твоих гостей и отваживает бедных от твоего дома; твоя жена крикливая женщина твоя жена любит погулять; твоя жена — слушается любого, что бы ни говорили; твоя жена вечно сидит у соседей, или, наоборот, приводит их к себе в дом... Или еще: из-за твоей жены никто более не бывает в твоем доме; она зануда, постоянно надоедает тебе по пустякам и заставляет тебя делать то, что тебе не по нраву; она подозрительная, ни в чем не доверяет тебе и постоянно приписывает тебе то, чего у тебя и в мыслях не бывало... Твои домашние — упрямцы, не слушаются твоих слов, стремятся свернуть на дорожку, дурную в глазах твоих... Что делать?

Не затыкай уши, не отгораживайся, но внимательно слушай то, что говорят твои жена и домочадцы. Может быть, в чем-то и они правы, может быть, не с одним тобой правота?

Если сам король Давид сказал: «...К злодеям, на меня восстающим, прислушивается ухо мое», так тем более ты должен прислушаться к словам своих домочадцев, ведь жена любит тебя, а твои близкие — это твоя же плоть и кровь. Как же ты можешь подумать, будто истина и правота — только лишь на твоей стороне, а на стороне твоих близких — только противное?

Если же ты превозмог себя и прислушался к словам своих близких, без всякого сомнения, ты узнаешь и поймешь, что терпишь от них не зря. Если ты человек настоящий и хочешь, чтобы слова твои были услышаны, прежде всего перестань упрямиться, увертываться и оправдывать сам себя. Не стыдись взглянуть правде в глаза и сознаться: да, вы правы. И не думай, что в результате они станут тебя презирать — нет! Тот, кто умеет признавать свои ошибки и правоту своих противников — вызывает почет и уважение, в особенности, когда признание истины связано с ущемлением собственного самолюбия.

Все, что сотворено Всевышним, — идеально и прекрасно. Нет ни одного творения, которое не служило бы на пользу мира. Разобщение и раскол также творения Всевышнего и предназначаются, в конечном счете, только для блага мира. Есть множество вещей, которые могут существовать только благодаря своему разобщению: огонь и вода, моря и суша... И все же Всевышний не удостоил похвалы раскол и разобщение, в отличие от всех остальных творений. Раскол и распри неизменно дурны и горьки, даже тогда, когда возбуждающий их праведен в собственных глазах и имеет самые лучшие намерения.

Каждый, кто следит за соответствием вещей их первоначальному назначению, совершенствует мир. Однако тот, кто ради этого проявляет излишнюю ревность и затевает раздоры, действует неверными средствами и неизбежно теряет сторонников, и более того: восстанавливает их против себя. Если он видит, что его близкие не прислушиваются к его словам, следует покопаться в себе самом: может быть, он сам является причиной этого. Нет такого праведника на земле, который может быть настолько уверен в своем совершенстве, чтобы полностью отвергнуть все, что с ним не согласно. Наши мудрецы говорят, что «человек ближе всего себе самому» и в себе самом не замечает изъянов. Однако, если бы он был на самом деле столь совершенным и абсолютно чистым от всякой примеси дурного, все окружающие, естественно, притягивались бы к нему. Но если этого не происходит, а наоборот, они выступают против него, — это должно послужить предупреждением: вывери самого себя и исправь!

Тем более это справедливо, когда причиной раздоров между человеком и его домашними служит различие в роде их занятий. Не всякий может стать выше своих собственных дел и поступков. Человеку свойственно придавать своим делам излишнее значение и приуменьшать значение дел других людей, преувеличивать тяжесть своей работы — а чужую работу считать легкой. Все разногласия, возникающие по подобным поводам между мужем и женой, ни в какой мере не оправдывают ссор, вызванных ими, потому что в таких случаях правота и закон ни на одной, ни на другой стороне, а посредине.

Мужчина имеет право на телесный и душевный покой, когда он после целого дня работы, тревог и волнений, возвращается под сень своего дома. А жена имеет право услышать обращенные к ней мягкие и нежные речи мужа, поднимающие ее дух и веселящие ее душу после целого дня одиночества и ожидания мужа. Если оба нетерпеливы и не в состоянии дать другому то, чего ему недостает, — это их общий изъян, и ни один из них не в праве предъявлять претензии другому. В данном случае им не хватает понимания и терпения по отношению к другой стороне.

Впрочем, относительно понимания души другого супруга к мужу предъявляются большие требования, нежели к жене. Чаще всего его характер более открытый, его переживания, мысли и взгляды более доступны постороннему взгляду, в то время как у женщины все это скрыто от постороннего глаза, и этот покров — ее красота и достоинство. Мужчина лучше защищен от воздействия извне, чем женщина, более тонкая и чувствительная, более склонная к слезам. Душа ее тянется ко всему красивому, и потому ей более, чем мужчине, дорог порядок, любое нарушение которого задевает ее несравненно глубже, нежели мужчину. Его занятия — более концентрированы, и потому его душевное равновесие более устойчиво, ее занятия — рассеяны по большому пространству (различные и многочисленные обязанности по домашнему хозяйству, забота о детях и т.п.), и потому душа ее более ранима.

Не от сходства между супругами зависит их счастье, но от того, в чем они не похожи друг на друга. А если так, то различие между ними не должно приводить их к взаимному раздражению и вызывать ссоры. Самое лучшее для обоих — это почитать друг друга именно за то, в чем они друг от друга отличны, и в этом на мужчине лежит большая ответственность. Если муж не стремится познать душу своей жены, узнать и понять, почему она чувствует себя задетой чем-то, что в его глазах видится обыкновенным, пусть не пеняет на то, что она не открывает себя перед ним: он сам виноват в том, что она с ним не искренна, это он сам не верит ей или пренебрегает ею. С другой стороны, если она сама постарается познать его душу, узнать и понять его характер, то сможет понять его настроения и найти оправдание его поведению.

Вот человек — слабый и чувствительный, неспособный спокойно и хладнокровно справиться со своими проблемами. Если что-то его угнетает, ему из-за его уязвимости тяжесть кажется двойной. Поэтому он старается развлечься и забыть о своих проблемах. Он никому не доверяет своих тревог, а если возникает насущная необходимость поделиться с кем-нибудь, то выбирает для этого кого-нибудь чужого, но не свою жену. Он, этот чужой, лишь сию минуту вошел в суть его проблем и через мгновение забудет о них, он не пойдет с ним надолго в одной упряжке, но стоит только посвятить в эти проблемы жену, она-то уж о них не забудет, она насильно заставит его вплот­ную заняться их разрешением и сама будет молоть и перемалывать все то же — и сделает тем самым этот груз для него совершенно невыносимым.

Есть еще одна причина, из-за которой муж иной раз скрывает от жены то, что открывает другим: говоря с посторонним, он поверяет ему лишь краешек действительного. Ведь причиной большинства его забот и тревог является собственная его слабость, и если он расскажет обо всех своих проблемах, откроется и его слабость, а это уязвляет его более всего. Говоря с чужим, он похвалами в свой адрес уравновешивает свое самобичевание — ведь тот не знает, что за всем этим скрывается. Но с женой это не пройдет — если он приоткроет ей хоть краешек, она узнает все, и он падет в ее глазах. И даже если ему есть чем похвалиться перед нею, чтобы спасти свою честь — присущая ему деликатность и тонкость души не позволят похваляться перед своею женой, и потому он скрывает от нее все.

Два друга, два любящих человека — муж и жена: кому еще так знать друг друга, как не им? Во всех движениях души, во всех склонностях и желаниях они должны дополнять друг друга, все привычки или побуждения, несоответствующие идеалу прекрасного, должны быть оправданы ими друг в друге, и никогда не следует допускать возникновения разногласий. И все-таки не каждая супружеская пара удостаивается этого. Иногда они недостаточно знают и понимают друг друга, а в некоторых случаях даже знание и понимание не помогают. Хотя они и умеют найти оправдание другому, но в минуту гнева не в состоянии овладеть собой. А если ярость спущена с цепи, тут уж не отличают правого от виноватого, и тогда сердца врозь... И все же, одно дело — тот, кто не сдержался и знает сам, что совершает оплошность, и совсем другое — кто приходит в ярость и ищет самому себе оправдание в этом. Поэтому для сохранения мира в доме надо хорошенько изучить все причины раздоров и внимательно проверить самого себя: действительно ли ты чист от грехов, которые видишь у близких, и вправду ли не в состоянии найти им никакого оправдания, и только потом — выставлять свои претензии...

Автор:  р. Элиягу Ки-Тов

Из книги «Ты и твой дом».